Вопреки расхожему утверждению, двигателем торговли является совсем не реклама. Продавец – вот настоящий царь и бог любого магазина. Могущественная фигура советских времен, гордая и автономная единица в трудные постсоветские
годы. С продавцами мы контактируем многократно и ежедневно, и, наверное, без этого общения скучна была бы сама жизнь.

25 июля у этих людей профессиональный праздник. Он называется День работников торговли и общественного питания. В новейшей истории Украины его отметят уже в пятнадцатый раз.

Только цифры

Общее число объектов розничной торговли и ресторанного хозяйства, которые в настоящее время функционируют на Николаевщине, весьма внушительно – их почти 24 тысячи. Это магазины, киоски, бары, кафе, рестораны и т. д. Половина
из них располагается в областном центре. В торговой сети преобладают продовольственные магазины (55%), в ресторанном хозяйстве – кафе (73%). По статистическим данным, только на больших и средних предприятиях отрасли в
Николаевской области в 2009 году работало 9,2 тыс. человек, из них почти две трети – женщины.

Чего бы там ни говорили, но доходы работников торговли и общепита весьма скромные. Уровень среднемесячной номинальной зарплаты штатных сотрудников профильных предприятий составляет 972,34 грн., столовых – 1098,53,
ресторанов – 1083,58, баров – 848,67. Иными словами, не разгуляешься. Зато профессия продавца и сотрудника общепита – одна из самых востребованных на рынке труда. Особенно летом, когда в этом сегменте открывается множество
сезонных вакансий.

Торговля и ресторанный бизнес в регионе контролируются субъектами малого бизнеса. Девять из каждых десяти магазинов или кафе принадлежат физическим лицам-предпринимателям.

Сервис ненавязчивый, советский

Во времена позднего совдепа, когда тотальный дефицит стал одним из синонимов самой системы, профессия продавца (официанта, повара – нужное подчеркнуть) была одной из самых престижных. Получить место за прилавком и заветную
запись в трудовой книжке удавалось далеко не всем желающим. В магазин или ресторан чаще всего принимали «по блату», после звонков или записок от могущественных Иван Иванычей. Невысокая, даже по советским меркам,
зарплата никого не смущала. Потому что продавец мог «достать» абсолютно все. А потом – поделиться с нужными людьми и получить взамен зачастую даже не деньги, а нужный товар или услугу. Между прочим, именно так во
времена СССР развивалась бартерная система. Первые лица государства наверняка и словосочетания такого не знали, зато частная инициатива била все рекорды находчивости и изворотливости. Я тебе – килограмм копченой колбасы, ты мне – талон на польские кроссовки. Или билет в театр. Или телефон квалифицированного непьющего плиточника.
Свой знакомый продавец имелся практически у каждой советской семьи. А если знакомым был завотделом или директор продбазы, то, можно считать, жизнь удалась на все сто.

В магазинах царили хаос и запустение. За прилавками стояли могучие тетки с килограммами косметики на лицах и скептически поджатыми губами. Дескать, чего пришел? Что нужно-то? Грубость и хамство этих цариц мясных отделов и овощных палаток стала притчей во языцех. Сколько ни старались «Крокодил», «Перец» и киножурнал «Фитиль», работникам торговли все было нипочем. Зато как преображались лица этих дам, когда в магазин заглядывала знакомая портниха!..

«Челноки»

Казалось, так будет всегда. Казалось, ничего никогда не изменится. Что за качественным товаром придется ходить к фарцовщикам (спекулянтам, «мажорам»), а триста граммов ветчины и банку со шпротами видеть только по большим революционным праздникам. Но совдеп неожиданно рухнул. А вместе с ним – и вся система советской торговли, подводные русла которой создавались на протяжении долгих десятилетий.

В девяностые казалось, что торговать начали буквально все. Массовые сокращения и катастрофическая инфляция вытолкнули к импровизированному прилавку сотни тысяч в недавнем прошлом гордых советских людей. Стихийные рынки возникали в каждом квартале. Самые ленивые закупали товар в ближайшем переулке и, пройдя пару сотен метров, продавали его втридорога.

Самые инициативные протаптывали дорогу в другие регионы, а чуть позже – в Турцию, Китай и Польшу. Так в нашем лексиконе появилось слово «челнок».

В «челноки» уходили не от хорошей жизни. Вчерашние учителя, врачи, инженеры, библиотекари заново учились складывать, вычитать и умножать. Только на сей раз правильный результат гарантировал не абстрактную «пятерку» в аттестате, а в буквальном смысле саму жизнь. Ошибка стоила очень дорого, и «челнок» здесь ничем не отличался от сапера. Как правило, после одной единственной погрешности из «челночного» бизнеса уходили навсегда, потому что на кон ставились абсолютно все сбережения и заработки.

Это была суровая школа выживания. Это была тернистая дорога зарождения на постсоветском пространстве частного предпринимательства. Кто-то из тех самых «челноков» сегодня превратился в крупного и уважаемого бизнесмена. Кому-то удалось открыть небольшой магазинчик. Кто-то вернулся к прежней профессии. А кто-то все так же стоит на рынке и великолепно себя чувствует.

Считается, что то или иное социальное явление состоялось окончательно, если его миф архивирован и записан. «Челнокам» в этом смысле можно только позавидовать. Их фирменные словечки, типажи и образ жизни растиражированы
кинематографом и зафиксированы современными литераторами. Из самых великолепных книг о «челноках» почему-то сразу вспоминаются «Роман с простатитом» Александра Мелихова и «Варшава» Владимира Козлова.

Миф зафиксирован. И баек о «челноках» мы знаем значительно больше, чем древних легенд и сказок.

«Вам что-то подсказать?»

А что сегодня?.. А сегодня почти четыре процента всех занятых горожан(ок) работают в сфере торговли и общепита. В подавляющем большинстве это милые и приветливые молодые, а то и совсем юные барышни. Хотя нет-нет, да и встретишь в какой-нибудь закоулочной беляшной или рюмочной сварливую тетушку, закаленную жесткими реалиями советской торговли. Парадокс, но смотришь на нее с умилением, словно перед тобой живая иллюстрация бородатого анекдота. Уходящая натура, между прочим, почти антиквариат.

Скоро их совсем не останется, ведь точно так же незаметно ушли из нашей жизни проигрыватели и грампластинки, бобины и аудиокассеты, фотоувеличители и черно-белая пленка. И пусть никого не смущает такой вот одушевленно- неодушевленный ряд, потому что речь всего лишь о приметах времени.

Работа в магазине или кафе сегодня не так уж престижна. Для многих из тех, кто стоит по ту сторону прилавка, это классический First Job Place (первое место работы). Стандартная фраза, которую в англоязычных странах пишут на дверях всевозможных фастфудов, чтобы потребитель был, в случае чего, готов к некоторым трудностям и потере времени.

Результаты общенациональных социологических исследований лишь подтверждают этот тезис: 80% молодых (в возрасте от 18-ти до 25-ти) сотрудников сферы торговли и общепита рассматривают свою работу как временную и надеются в течение ближайшего года найти более выгодный вариант карьерного развития. Почти для половины опрошенных работа за прилавком или в кафе/ресторане – это всего лишь способ заработать небольшие карманные деньги и первую строчку в личном резюме.

Речь, как вы поняли – об учащихся и студентах. Пройдет несколько лет, диплом даст возможность развиваться в иной экономической сфере, и о своем первом трудовом опыте эти ребята будут вспоминать с улыбкой. И, наверное, их можно понять. Потому что вряд ли так уж интересно всю жизнь произносить стандартную фразу «Вам что-то подсказать?», когда вокруг столько всего интересного. Ну, а свято место пустым никогда не останется, ведь торговле предначертано жить ровно столько, сколько будет существовать само человечество.

Дамир Рахметов